Хартмут фон Альтрок

                       

            Голые фрау в забытой роскоши

Пусть сотворит меня творец китайскою миниатюрой (Н. Гумилёв)

 

Хартмут фон Альтрок- художник, стоящий ногами в довоенной изящной и сложной эпохе, ещё чарующе отдающей  ароматом  ядовитых цветов арт-нуво и  декаданса, но уже начинающей отдавать ужасом кафкианства и холодом экзистенциализма. Он как древнее друидическое древо, соединяющее своим творчеством времена ушедшие и времена нынешние. Эпохи менялись, не менялась  только трепетная и серьёзная  душа  автора. И творчество Хартмута очаровывает именно этой «машиной времени», этой корневой и лиственной связью с менявшимися воздухом 20 века. .

Хартмут фон Альтрок- выходец из аристократической немецкой семьи, детство и отрочество его прошло в Германии времён Адольфа, папа,  инженер железной дороги, помнит пожатие  руки фюрера. Семья переезжала из одного очаровательного дома в другой, на гравюрах Хартмута можно видеть эти люстры небесной красоты, эти роскошные колонны и витражные потолки его детства, изысканные липы за огромными окнами, нарядных изнеженных женщин и детей. А потом был  приход советских солдат в Берлин, переезд семьи в деревню, раздел страны на сектора, когда из одного в другой нужно было переходить, перешагивая через тела спящих советских или британских офицеров. Советские солдаты давали детям хлеб, слово «хлеб» было первым русским словом, которое они запомнили. Хартмут работал столяром, чтобы помочь матери растить 3 своих братьев и сестёр, потом он учился архитектуре в Школе Изящных искусств, но всегда мечтал быть художником. Его дома и паркинги можно видеть в Берлине и Риме. А картины и гравюры фон Альтрока побывали на выставках  США и многих странах Европы.

В Берлине 30 лет назад  Хартмут познакомился с парижанкой Катей, девушкой, чьи родители были русскими эмигрантами. И так начался парижский период жизни художника. Художник увлёкся парижской гуашью, создавая изящные городские  пейзажи, как всегда наполненные философскими размышлениями о жизни и любви.

Отношения мужчины и женщины- одна из сквозных тем мастера .Особо она представлена в серии работ, выполненных в технике трафаретной печати «Претендент на счастье». Женщины Хартмута напоминают героинь романов Томаса Манна и Кафки, «Александер-плац» Фасбиндера,  напоминают о мире довоенной роскоши и неги, где всё было наполнено  острым чувством жизни и смерти, любви и обморочного обмана. Той же теме исследования человека посвящена серия акватинт «Мы». Чрезмерно гордая госпожа и подглядывающая служанка, студент и голая убегающая девушка, арлекины в колпаках и наивно-изменчивые Коломбины, ветреные по своей природе… Всюду лёгкий запах тлена, грустного неверия, трагической неслиянности людей. Даже от предельно эротической серии художника 1973 года «Некоторые привычки», где влюблённые запечатлены в момент телесных слияний, веет вечерней грустью и мраком ночи. Очень хороши афиши немецко-французского художника.  Многие из них навеяны раздражением от политики, тяжёлыми размышлениями, навеянными на фон Альтрока процессом против Гюнтера Грасса, нобелевского лауреата, прекрасного писателя, друга Хартмута. Попал под «процесс» и сам фон Альтрок. Свои впечатления от этого он передал в серии гравюр на меди «Факты в миниатюрах». На сером поле куда-то бегут, на что-то показывают пальцем, чему-то дивятся голые мужчины и женщины. А на одной из гравюр они стреляют из рогаток по огромной прекрасной птице, сидящей в гнезде. Реалии  немецкого психоза заставили создать метафорическую сценку, вызывающую сопереживание у людей, переживших другие другие истории. 

 Особенно очаровательны афиши, посвящённые детским играм, состояниям раскачивания на качелях, катанию на роликах,  наивной игры, неустойчивости мира. «Лучше молчать»,- написано на плакате, изображающем ребёнка со ртом, заткнутым соской. Очень актуально во все времена.  Вообще афиши Хартмута  напоминают графику петербургской художницы Галины Коростик, у них много общего- любовь к крупным планам, не вмещающимся в рамки листа,  литературность сюжета, пристальное вглядывание в мир детства, игры с историческими пластами, любовь к поэзии. Многие работы мастера навеяны строками  поэтов-  Гельдерлина, Бодлера… Близость Коростик и фон Хартмута видна и в повышенной музыкальности линий. Кстати, когда-то маленький Хартмут увидел у соседнего мальчика скрипку, и потянулся к ней. Родители решили, что он хочет играть, и учили его музыке. Но Хартмута привлекла форма скрипки, он хотел просто потрогать это сооружение…

Сейчас Катя и Хартмут живут в глубинке  Франции. В рамках года Франции в России художнику предложили сделать выставку в Петербурге. Она  прошла в Музее нон-конформистского искусства  в арт-центре «Пушкинская-10» и называлась  «Давайте пить чай». В рамках проекта художник дал мастер классы студентам, так как он является великолепным гравёром и профессионалом высокого уровня. О названии выставки Катя написала целый трактат, пытаясь перевести переливчатые смыслы фраз на французском и немецком языке. По-русски получилось медитативно.   

Хартмуту не понравился Петербург царской эпохи, так как слишком много зданий было построено не русскими архитекторами, а фон Альтроку  хотелось увидеть что-то глубинно национальное. Зато Хартмуту и Кате очень понравились сталинские лома Московского проспекта, где они снимали квартиру, высокие потолки, большие пространства парков и дворов, классический декор. А Катя была в полном восторге. Она первы раз попала в Россию, когда ей было 16 лет.  И с тех пор ей не удавалось поупражняться в родном русском языке. Зато в этот приезд она с наслаждением практиковалась, показывая мужу наш город и пытаясь разыскать в бывшей имперской столице подлинно русские уголки…