Рубен Монахов

Кто видел картины Рубена Монахова, тот их запомнил сразу. Такая жирная, вкусная живопись! Такие радостные вкусные города, дома, каналы, дворцы! Такая сочная зима! Такие цветущие деревья! И всё это не тот мир, дореволюцьонный, нездешний, мир как сладкий сон о земной жизни, которую мы потеряли. Это мир сегодня, увиденный чистым радостным глазом. Потому что, несмотря на выхлопные газы, экологию, смоги и социальные проблемы, красота из мира не ушла. Не ушла, да ещё и как не ушла! Земля по- прежнему прекрасна. Прекрасен наш город, прекрасна Пионерская улица и набережная Мойки, первый снег и первый майский лист!

Да и сам Рубен выглядит удивительно! Усы у него колечками завиты, борода колышком, брюшко у него весёлое, выглядит он как добрый Карабас-Барабас.

Я сразу спросила, почему усы. «Это мой персональный манифест ретроградности и традиционности. Я люблю все традиционное: искусство, живопись, да и все остальное. Усы, например, завитые… У нас в семейном фотоальбоме у всех мужчин, до революции по крайней мере, завитые усы. Ретроград я, «актуальное» искусство терпеть не могу, всякие видео, всякие арты,  инсталляции. А это ретроградно.».

В какой то момент Рубен разделился на две ипостаси, совершенно между собой не связанные. Мы все раздвоены, и Рубен тоже неслиян. Одна ипостась Рубена, семейная,  требовала от него корма на жизнь. А другая просила высокого искусства. Вторая ипостась, просившая об искусстве, когда-то грубо столкнулась с художественной реальностью. Деятели арт-рынка  да и сам арт-рынок вызвали у Рубена ужас и панику. И Монахов решил, что никогда не пойдёт на рынок искусства,  и будет добывать корм в других местах, а рисовать будет то, что хочет, тогда, когда хочет и так, как хочет.

Чтобы дойти до такой степени свободы, Рубен Монахов прошёл долгий путь. Лет в 6 он ходил в кружок при ЖЭКе, и занятия в нём вёл юноша, которого называли по имени-отчеству, как и положено- Игорь Иванович. Он был выпускником Академии Художеств. До 12 лет Рубен Монахов пребывал в счастливом состоянии детского беспамятства. Единственный яркий луч в его сознании оставила беседа Игоря Ивановича с родителями. Учитель сказал: «Ваш сын талантлив, ему бы надо стать художником!». И тогда вдруг Рубен понял, что он очень хочет стать именно художником, только художником, что это прекрасно и правильно, что это единственное, чем он хочет заниматься всегда. Потом была учёба в СХШ, Серовское училище, раздвоение личности… Появились 10 лет назад усы колечками. Сначала Монахов носил белые джинсы, волосы до плеч и писал мрачные картины. Потом, с возрастом, джинсы стали темнее, поредевшие волосы пришлось сбрить с головы, а картины стали светлее и жизнерадостнее… А когда жизненные ценности устаканились, — закрутил усы.

Больше всего Рубен любит рисовать городские пейзажи. Его конёк- архитектурные продукты жизнедеятельности человека. Петербург, Выборг, Новгород, Псков, Стамбул, Прага, Дубровник попали под кисть художника. Так появился ряд свежих, мощных работ со свежими и мощными постройками, даже обломки и антиквариат цивилизаций у Монахова выглядят жизнерадостно. В городах Монахова хочется жить.

 Интерьеры же Рубену Монахову  всегда казались отвратительными. Пока он не попал в офортную мастерскую декоратора Маши Гончаровой. Теперь табу с глаз снято, Монахов написал серию обворожительных, свежих, свободных  интерьеров. Знакомые в Питере длинные коридоры, редкий луч солнца, радостная голубая краска на косяке двери… Иногда Монахов пишет натюрморты- тоже какие-то удивительно современные, узнаваемые вещицы нулевых лет, хотя в глубоко традиционной манере масляной живописи.

С начала 90-х годов Рубен занимается, в основном, станковой масляной живописью. Его учителя — Наталья Васильевна Алексеева и Виктор Федорович Стеблянский — привили ему любовь к реалистическому фигуративному искусству, традиции которого Монахов продолжает и сегодня. Художник мечтает о серии ростовых портретов. Но маленькая мастерская препятствует. К тому же он не любит рисовать людей. Хотя самих людей любит всем сердцем. Кстати, у Рубена отец тоже работал с сердцем, он был изобретателем, и из 28 деталей советского искусственного сердца он изобрёл 26.  

В 90-е годы, когда в предпринимательстве процветали жулики и подонки, а в искусстве представители соцарта, Рубен совсем было завял. Он не видел в главенствующем направлении ни красоты, ни  смысла. И лишь лет 6 назад он почувствовал, что хочет продавать свои работы, что искусство начали покупать приличные люди. 

В 2003 году  у Рубена в галерее «Сельская жизнь» проходила персональная выставка «Двенадцать». Куратор Маня Алексеева  захотела познакомить Рубена с митьковской художницей Ирой Васильевой, ибо ей показалось, что мироощущение художников схоже. Рубен расхохотался, Ира Васильева когда-то была его одноклассницей в СХШ. Вскоре он познакомился с художником Александром Дашевским, который тоже умеет как-то особо красиво видеть привычные невзрачные вещи вокруг, видеть их каким-то преобразующим поэтизирующим глазом. Так возникла  первая выставка трёх художников, она называлась «Случайные связи. Чисто живопись».   Основной концепцией проекта было отсутствие каких бы то ни  было концепций. Но одно  условие было: все авторы — продолжатели традиций фигуративной живописи, работающие маслом, желательно по холсту.  Недавно в галерее «Сельская жизнь» прошла выставка «Случайные связи 2», к художникам новой свежести присоединились и другие художники новой свежести- Иван Сотников, Юля Сопина и Петр Швецов.

Сегодня художники вынашивают новые экспозиционные планы. «Случайные связи» будут продолжаться, потому, что эти выставки — одна из немногих возможностей увидеть в одном месте много разной, но гарантированно качественной живописи.

Главная идея художников- в современном уродливом мире искусство делает жизнь чуть более красивой, чуть более изящной, душевной, чуть более цветной. Если ты покуришь дурную траву, то твоё веселье продлится недолго. Если же выразишь своё радостное мироощущение  в картине, то веселье это будет длиться вечно.

Одно из самых любимых мест Рубена Монахова- это Царское Село. Между прочим, мало кто знает, что находится оно на возвышенности по сравнению с Петербургом, тонущем в низине. И в Царском Селе 360 дней в году бывает солнце. Также там находится мало кому известный музей «Царскосельская коллекция», где расположено одно из крупнейших собраний современного искусства. Монахов, Дашевский, Васильева с недавних пор страстно полюбили работу на пленэре. Ну прямо  всё как во времена импрессионистов. Холщовые робы, складные стульчики. Работы попадают прямиком к современным коллекционерам. 

Кроме пленэра Монахов любит вкусно есть и сам умеет виртуозно готовить пищу. В нём пробуждаются армянские гены. Рубен безошибочно отличает уже по запаху где, в каком ресторане хорошая кухня. И эта самая хорошая кухня вовсе не обязательно совпадает с ценами и интерьером заведения. Как-то на Новый год  друг устроил для Рубена целый хепенинг с едой. Выяснилось, что у него на чердаке содержится живой баран. Рубен смело сделал из барана еду, не испытывая мук совести. Бараны не боятся смерти, они как-то в это не врубаются, в отличие от свиней. Поэтому свиньи не кошерны и не холяльны. 

В 17 лет Рубен поехал на родину предков и крестился в Эчмуэдзине. Но с годами он превратился в атеиста и коммуниста, очень любит Сажу Умалатову и Нину Андрееву. При этом рисует, не покладая коммунистических рук, вещи совсем аполитичные и даже скорее аристократичные.